Последние новости

Реклама

Игорь Лукашев: «Все недовольные дотациями Крыму должны приехать на полуостров и пожить под санкциями и блокадами»
«Крымские известия» продолжают проект «Политическая гостиная», знакомя читателей с руководителями парламентских комитетов, предлагая обсудить ключевые проблемы республики и порассуждать о вещах более отвлеченных, но так или иначе касающихся всех нас. На этот раз в гостях у «КИ» побывал председатель Комитета Государственного Совета РК по экономической, бюджетно-финансовой и налоговой политике Игорь ЛУКАШЕВ. Как справедливо заметила главный редактор издания Ирина Иванченко, парламентарий представляет ключевой комитет, его работа влияет на жизнь каждого из нас. Говорили, конечно, в первую очередь о деньгах — крымском бюджете, развитии экономики, последствиях санкций и способах уйти от дотационности, но также о дефиците грамотных управленцев, жизни в кредитной кабале и охватившей мир философии потребительства.

— Ушла эйфория от «Крымской весны». Порой, бывая в командировке в столице, крымчане слышат упрек — регион России достался дотационный, в него надо вкладывать миллиарды рублей, Керченский мост — бездонная бочка. Горько наблюдать такую реакцию. Сделали ли мы за три года хотя бы самый маленький шаг от дотационности к самостоятельности?

— Люди, возмущенные тем, что Крым нуждается в поддержке, как правило, просто не понимают специфику нашего региона, сложности, с которыми приходится сталкиваться изо дня в день. Их бы привезти сюда, чтобы пожили под санкциями и блокадами, без света, воды и нормальной логистики — и посмотреть, как справятся и будут ли по-прежнему недовольны. Для сравнения: в европейских странах даже один день без электроэнергии превратился бы в коллапс. Да и российские регионы за последние десять лет успели привыкнуть к более-менее благоустроенной жизни. Впрочем, я неоднократно бывал в разных субъектах и ни разу не сталкивался с подобными настроениями. Их сознательно формируют журналисты из структур либеральной направленности, так называемая «пятая колонна» в действии. И потом, Украина палец о палец не ударила, чтобы развить на полуострове инфраструктуру, за двадцать с лишним лет мы полностью исчерпали ресурс. Крым нуждается в электроэнергии, одного энергомоста недостаточно, чтобы создать задел для развития экономики. Вопросы водоснабжения требуют, с одной стороны, вдумчивого, с другой — скорого решения. Сети, дороги — все нужно менять. Кроме того, мы находимся под санкциями, не можем даже оборудование завезти и обслуживать. С кредитными ресурсами проблема, что тоже не дает бизнесу полноценно развиваться. Цены выше, чем в других субъектах, поскольку доставка товаров на паромах обходится в копеечку. Именно поэтому федеральные власти начали с основного — инфраструктуры и логистики. Пытаются за счет целевых программ загрузить наши предприятия. Да, определенные успехи есть, но в целом «болевых точек» по-прежнему много.

— Раз уж речь зашла о предприятиях… Эксперты сходятся во мнении, единственный рецепт хорошей жизни — развитие промышленности. Между тем мы видим, что крымские заводы переживают не лучшие времена. Кануло в Лету «Крыммолоко». Поговаривают о приватизации и другом собственнике в «Крымхлебе». Недавно из хорошо информированного источника мы узнали о сгустившихся тучах над протезным заводом, якобы его хотят обанкротить, завести с материка другой, более крупный. Пришествие «чужаков» — это для Крыма хорошо или плохо? И не окажется, что все рабочие места займут не жители республики, а мы будем нищенствовать?

— Все названные вами предприятия невозможно объединить по одному признаку, надо рассматривать каждый случай в отдельности. Возьмем, к примеру, «Крыммолоко». Проблема в том, что у нас сегодня дефицит молочного сырья. Приобретать его у селян — не лучший вариант, молоко разного качества и жирности, приведение его к единому стандарту требует дополнительных затрат и, соответственно, приведет к удорожанию продукции. В результате какие-то заводы удержались на плаву, какие-то — закрылись. Крыму нужны крупные молочные фермы, как в Первомайском районе, например. Но чтобы их создать, необходимы желание, знания, дешевые кредиты и оборудование, которое тоже не так просто приобрести из-за санкций. Нужно время, чтобы решить эти вопросы. И потом, у нас до сих нет полной кадастровой карты Крыма, нет генеральных планов муниципальных образований — куда приходить предпринимателю? Выделять землю без кадастра нельзя, потом получатся наложение участков и прочие проблемы. И подобные сложности во всем. Крупные заводы загружают на федеральном уровне, два химических завода на севере полуострова продолжают работу, но там тоже были проблемы с водо- и газоснабжением, электроэнергией. Сельское хозяйство демонстрирует рост, потому что оно более мобильно, пошли субсидии — пошла отдача. Не последнюю роль сыграли блокады — к примеру, бизнесмены заходили в свободную экономическую зону, просили техусловия, а их просто не давали, потому что газа и электричества не хватало даже на нужды самих крымчан. О каком развитии промышленности могла идти речь? Думаю, в 2017-м станет легче, дело сдвинется.

— А что насчет протезного завода?

— Это предприятие дышало на ладан еще при Украине. В Советском Союзе оно финансировалось государством, жило за счет госзаказов и горя не знало. В украинских реалиях скорее влачило существование, чем полноценно работало, за эти годы оборудование морально устарело, возможно, качество продукции не соответствовало современным требованиям. Следовательно, завод нужно или приватизировать, или за счет бюджета перевооружать, переобучать работников, чтобы получить на выходе востребованную продукцию.

— И все же не потеряются ли крымчане на фоне компаний из других субъектов РФ, массово пришедших в республику?

— Безусловно, мы стараемся загрузить наши предприятия, особенно строительные компании, чтобы они тоже участвовали во всех проектах. Хотя очень сложно войти в это «прокрустово ложе»: одновременно и лоббировать крымский бизнес, и не нарушить Закон о конкуренции и 44-й Федеральный закон, в котором ясно сказано: все должно быть основано на конкурсах и тендерах.

— К результатам последних, кстати, тоже есть серьезные претензии. Зачастую их выигрывают именно фирмы с материка. Пример — тендер по доставке прессы выиграла екатеринбургская компания «Урал-пресс». В итоге вышло так, что в 7 утра (как это надо было сделать по графику) первая приемная Госсовета газеты не получала, несколько дней их привозили в 12 часов дня. Правильно ли вообще в поисках партнеров ориентироваться на тех, кто предлагает дешевые услуги? Ведь дешево — почти всегда плохо.

— Этот вопрос мы поднимали неоднократно на самых разных уровнях. Просто мы пока не умеем правильно работать с 44-ФЗ. Надо учиться четче выписывать технические условия или условия выполнения контракта, за счет этого отсеивать ряд компаний, которые физически не способны выполнить требования. Безусловно, цена не может быть единственным определяющим фактором. Есть же много случаев, когда системой пользовались мошенники. Некоторые просто получают аванс и растворяются, иные компании снижают цену, чтобы выиграть и получить приток капитала, финансовую подпорку, даже если в результате им придется работать в убыток или пытаться сэкономить за счет качества. Рецепт один — прописывать жесткие условия и постоянно контролировать процесс, если договор нарушается — разрывать. С другой стороны, лишиться посреди года какой-то услуги тоже нехорошо. Представьте, газеты не доставляют, траву не косят, дороги не ремонтируют — только идут суды. Есть и еще один нюанс, связанный с нашими ГУПами — государственными унитарными предприятиями, часть которых можно спокойно ликвидировать. Они участвуют в тендерах на равных условиях с другими коммерческими предприятиями и, как правило, проигрывают. Или другой вариант — малые бюджетные учреждения либо государственные, если речь идет о республике. МБУ входит в штат муниципальных органов власти и не подлежит тендерному законодательству, им просто поручают определенную работу — именно по такому пути пошли во многих российских субъектах.

— Мы уже немного затронули тему бизнеса и государственных дотаций. Почему в России промышленники и акулы аграрного бизнеса постоянно просят компенсаций? Одно дело — дать их театрам, СМИ, социальным учреждениям... Вы можете представить, чтобы Савва Морозов бил челом в приемной императора и просил государственных денег на налаживание работы своих мануфактур?

— На самом деле субсидирование — мировая практика. Если государство хочет развить какую-то отрасль, и она требует капитальных вложений, власти создают ряд преимуществ. Они могут быть монетарными, то есть в виде дотаций, финансирования проекта либо в виде налоговых льгот и прочих послаблений, пример тому — крымская СЭЗ. Сельское хозяйство вообще во всем мире дотируется, потому что само по себе оно не такое рентабельное, как, например, промышленность, особенно высокотехнологичная. Но продовольственную безопасность никто не отменял, как и необходимость дать работу людям на селе — в противном случае они будут массово ехать в города, где их ничего хорошего не ждет, и наступит продовольственный кризис. Поэтому государство поддерживало и будет поддерживать определенные отрасли, это вопрос национальной безопасности. Может быть и другая причина, например, давление со стороны западных конкурентов — их продукция априори дешевле, потому что у них кредиты дают под 2—7%, а у нас — 15—17%(!), редко — 11%. Чтобы сделать отечественные предприятия конкурентоспособными, государство их дотирует.

— Как вы думаете, российское законодательство повернуто лицом к предпринимателю или в России вести бизнес трудно? Если есть барьеры, что бы вы изменили, упростили, облегчили в законах?

— Безусловно, бизнесу, особенно в Крыму, сложно по целому ряду причин, некоторые из них мы уже затронули выше. Если же брать общероссийские тенденции, прежде всего сложно вести документацию: очень запутанные бухгалтерия и отчетность, каждая ошибка влечет за собой серьезные последствия. Есть ряд проблем и с разрешительной документацией, точнее, с ее обилием. Считаю, во всем нужна мера. Конечно, все отменить нельзя, но идти по пути упрощения нужно, сокращать количество проверок. Об этом постоянно говорят и президент, и премьер-министр. Пока что у нас открыть свое дело сложнее, чем в Европе или США, я уже не говорю про Юго-Восточную Азию.

— В Крыму не приживаются «чужаки». Яркий пример — история с макеевской командой. Из Казани нам прислали главного архитектора Симферополя, из Питера — главного автодорожника, ряд примеров можно продолжить. Больше двух лет просидел в кресле Мавлютов, получал высокую зарплату, ничего не сделал для столицы — и его просто отправили домой. То же самое с Кравченко — крымские дороги в ямах, а он просто отправлен в отставку. Почему нет серьезных наказаний? Правильно ли приглашать на управленческие места варягов?

— Нельзя однозначно сказать, что у нас хорошие специалисты, а с материка приезжают плохие, или наоборот. Например, в 2014 году назначили только своих, и что? Время показало, не все справились с задачами. И с материка периодически приезжают не самые толковые профессионалы. В любом случае, мы не можем замкнуться в себе и ориентироваться при назначении только на крымскую прописку. Главное — показывать результат. Кадровая проблема сложна. У нас сегодня огромное количество вакансий, на которые не находится желающих. В горсоветах, райсоветах, администрациях острая нехватка работников. Прежде всего потому, что зарплата не очень высокая, а объем работы большой, как и уровень ответственности. Требования к чиновникам по сравнению с украинским периодом возросли, уже нельзя просто гонять чаи и просиживать штаны на рабочем месте, получая за это зарплату. Конечно, надо готовить кадры, обучать людей, но, как вы понимаете, это тоже процесс, требующий времени, хорошего специалиста за месяц не подготовишь.

— Банки склоняют население брать как можно больше займов. Кивают в сторону США и Европы, где, по словам банковских служащих, все население живет в долг. Рекомендуете ли вы обзаводиться большим числом кредиток?

— Вы когда идете в магазин, взвешиваете, стоит вам икру покупать или лучше сэкономить, ограничиться бутербродом с сыром? Так и с кредитами, нужен разумный подход. К сожалению, наш народ не всегда адекватно сопоставляет свои желания и возможности, люди хотят купить все и сразу: квартиру, машину, технику… Хотя, кстати, в той же Америке 40% населения вообще не имеет собственного жилья. Оседлый образ жизни — часть нашего менталитета, еще с советского времени сформировался определенный идеал: квартира, автомобиль, дача с небольшим огородом. В Европе многие тоже живут всю жизнь в арендованном жилье. На Западе несколько иная система, обычный среднестатистический гражданин кредитуется от начала и до конца жизни. Ссуда на учебу, ипотечное жилье, машина в кредит. Правда, ставка совсем небольшая — 2—3% годовых. Зато самое страшное для европейца или американца — потерять работу: счета-то продолжают присылать. У нас после развала Советского Союза тоже пошли по этому пути, только условия кредитования не сравнить. Вообще эксперты говорят: брать кредит в банке можно в том случае, если ежемесячные выплаты по нему не превышают 30% доходов. Если больше — скорее всего, попадете в кабалу. Думаю, это разумный подход.

— Продолжим банковскую тему. В России заработала внутренняя платежная система «Мир». Однако крымчане сталкиваются в командировке с тем, что не могут расплатиться на материке картами. Говорят, связано это с РНКБ — банком, который работает в санкционной зоне и не признается крупными российскими финансовыми структурами. Как долго продлится такая ситуация? Почему к нам не заходят известные банки, мобильные операторы, торговые сети и так далее?

— Наша банковская система тесно связана с мировой. Тот же «Сбербанк» работает не только в России, есть дочерние предприятия в других странах. Да, можно проигнорировать санкции и открыть отделение в Крыму, но тогда учреждению «перекроют кислород» в других странах и лишат доступа к дешевому рефинансированию с Запада. Поэтому государству пришлось создать для Крыма банки, на которые Запад не сможет оказать влияние, — РНКБ, «Генбанк». Пока продолжается противостояние, мы ничего не сможем сделать. И потом, среди экономической общественности хватает либералов, которые до сих пор считают, что Крым России не нужен — и их предприятиям, соответственно, тоже. Что касается национальной платежной системы — над ее внедрением работают, даже предложили все бюджетные счета перевести на карты «Мир», что вызвало возмущение у некоторых банкиров. Те же «Виза» и «Мастеркард» развивались немало лет, приносят миллиардные доходы — попробуйте перешибить эту систему, да еще при таком сопротивлении!

«Крымские известия» нередко критикуют засилье рекламы на телевидении и то, что она провоцирует человека на бесконечное потребление. Философия потребительства порочна или это такой современный тренд? Вы сами поддаетесь соблазну купить еще три автомобиля или две виллы у разных морей?

— Я не особо подвержен давлению рекламы, да и автомобиль не менял уже лет десять. С одной стороны, это, конечно, пагубная тенденция, навязываемая транснациональными компаниями через СМИ. Их логика понятна — нужно наращивать прибыли, то есть захватывать рынки и сбывать производимые товары во все большем объеме. Кроме того, зрителю не просто так внушают, что его главная цель — купить новый «айфон» или машину дороже, чем у коллеги. Это один из способов оболванивания людей, чтобы проще поддавались управлению. Бороться с этим нужно на государственном уровне, в первую очередь, пропагандируя иные ценности, связанные с семьей, культурой, спортом, патриотизмом. На самом деле большинство наших соотечественников — совершенно адекватные люди с ценностями, заложенными уже, наверное, на генетическом уровне. При любых катаклизмах, войнах, кризисах страна держится именно на таких консерваторах. А есть и так называемые либералы. В России это слово уже стало ругательным, хотя в либерализме как таковом лично я, например, не вижу ничего плохого. По идее, приверженцы этого течения ратуют за свободы и права человека, свободу слова, творчества и прочее. Но в нашей стране они живут по принципу «Баба Яга против». Критикуют любую инициативу власти, хотя сами ничего не делают. А стоит дорваться до руля — сразу что-нибудь украдут и сбегают за границу. Впрочем, либерализм и демократия и на Западе давно далеки от изначальной идеи. К примеру, нас часто критикуют за давление на СМИ, цензуру, как раньше СССР, — но западным коллегам мы в подметки не годимся! Дали журналистам команду говорить, что Крым аннексирован, а Украина — молодец, и все строчат как под копирку. Есть отдельные независимые голоса, но они почти не слышны в общей массе. И где эта свобода слова, которой так любят хвалиться на Западе?

— Вы часто вспоминаете Украину, сравниваете две реальности. Следите за происходящими там событиями, в том числе за экономическим состоянием соседки? Ее окончательно подсадили на кредитную иглу…

— Все мы следим, и это по-человечески понятно — у большинства там остались родственники, друзья. На Украине, конечно, все очень грустно. Страна стремительно скатывается в махновщину, экономика практически уничтожена, товарооборот с Россией упал, с Европой — так и не поднялся. Люди выживают из последних сил, платежки за коммунальные услуги в два-три раза превышают зарплату, я уж не говорю о пенсиях. Общество цементируют в первую очередь за счет глухой пропаганды и войны. Как только закончатся боевые действия на Донбассе, несколько десятков тысяч вооруженных людей разойдется по домам, а дома есть нечего. Куда они пойдут? Этот сценарий — страшный сон киевской хунты, и именно он в итоге реализуется, уверен. Долгов у Украины — на три ВВП хватит, как только прекратятся кредитные вливания, все пойдет крахом. Самые умные уже сбежали за границу, не дожидаясь развязки, благо у всех есть второе гражданство. Руководство страны исчезнет, и останутся националисты-бандеровцы, напившиеся крови и не собирающиеся возвращаться обратно в села возделывать огороды. Фактически ситуация вернулась на 60 лет назад, когда после Великой Отечественной войны последователей Бандеры вылавливали в лесах и отправляли в сибирские лагеря. Только лагерей больше нет. В Европе уже задумываются, что же делать с разворошенным ульем. Жалко простых украинцев, тем более что даже те, кто поддерживал Майдан и считал крымчан предателями, постепенно прозревают.

— Давайте вернемся к крымским проблемам. Как вы оцениваете бюджет республики на 2017 год? Можете выделить его плюсы и минусы? И вдогонку еще один вопрос. Что говорит среднестатистическая семья? Дайте возможность бесплатно и хорошо учить детей и бесплатно и хорошо лечиться, с остальным сами справимся. В этом контексте как оцениваете выделение денег на здравоохранение и образование в республике? Достаточно ли их?

— Могу сразу сказать — денег всегда недостаточно. Тем не менее, мы сделали все от нас зависящее, исходя из реальных возможностей государства. Проанализировали, что можем заработать сами, сколько готов выделить федеральный центр, — и сверстали финансовый документ. Поскольку все-таки есть определенный экономический рост, надеемся, по факту поступления в бюджет будут выше, и мы сможем в течение года перераспределять дополнительные средства. Если же говорить в общем, то нигде в мире вопрос обучения и лечения не решен до конца, даже в самых богатых странах. К примеру, вбросили деньги в медицину — и больницы стали раздувать стоимость услуг. Что касается образования, тут тоже нет однозначного мнения. Каким оно должно быть? Всеобщим? Или элитным? Ни одно государство за всю историю не смогло создать идеальную систему. В СССР были сильное базовое образование, упор на точные науки, сбалансированная программа, хоть и не без примеси идеологии, конечно. На Западе иной подход, там воспитывают только элиту. Школьное образование — самое простое, зато в вузах учат качественно. Думаю, надо искать золотую середину, брать лучшее из своего прошлого, из мировой практики.

— Мы много говорили о промышленности, но Крым живет еще и туризмом. Ваши виды на курортный сезон-2017? Не переманят ли Турция и Египет российских отдыхающих? Развиваются ли крымские курорты, повышают ли уровень сервиса?

— Мы снова возвращаемся к вопросу инфраструктуры, которую много лет никто не развивал, все осталось с Советского Союза. Какие у нас появились за последнее время крупные гостиницы или санатории? При Украине Крым превратился в большую дачу для олигархов, но для республики от этого толку нет. Налоги от туристической сферы составляют не более 10% доходов бюджета, потому что часть находится в «тени». Конечно, мы боремся с негативными тенденциями, и определенные успехи есть, но пока еще до победного конца далеко. Что касается Турции, Египта и подобных им доступных курортов, стремительно развившихся на наших глазах, они держатся на крупных сетевых отелях и инфраструктуре. «Сетевиков» у нас нет и не будет до тех пор, пока не снимут санкции, с инфраструктурой тоже пока не все ладно, а россияне уже привыкли к определенному уровню комфорта за приемлемые деньги. У нас же сервис отстает от конкурентов, зато цены — выше, потому что привыкли за пару месяцев зарабатывать так, чтобы потом год отдыхать. Преимущество Крыма в том, что он не просто туристический, а все-таки лечебно-туристический регион, и это рано или поздно позволит довести сезон до круглогодичного режима, что, опять-таки, требует вложений. Ну и, конечно, если закончится санкционное противостояние, к нам поедут иностранцы, потому что полуостров интересен еще и историей, здесь сохранилось наследие многих народов. И к этому периоду мы должны подготовиться, создать определенные условия. Впрочем, даже с развитием туризма на первом месте все равно будет промышленность, без нее ни один регион не может стать успешным и обеспеченным.

Газета Государственного Совета Республики Крым
«Крымские известия» № 17 от 01.02.2017
 
По материалам Государственного Совета Республики Крым

Тоже важно:

Комментарии:






* Все буквы - латиница, верхний регистр

* Звёздочкой отмечены обязательные для заполнения поля